• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: зеркала, книга (список заголовков)
07:16 

Ищи меня в отражениях Главы 34-35

Автор: Елена Гусарева
Жанр: городское фентези
Возрастные ограничения: 14+
Иллюстрации: Алиса Франц
Группа В Контакте - vk.com/club125164023
Домашняя страница книги: gusareva.wix.com/books

Глава 34

Наконец я нашел то, что искал. Деревянная облупившаяся дверь. Из-под мутного коричневого проглядывает кислотно-зеленый цвет. Замок сорван. Я потянул ручку.
Подвал отрыгнул затхлой сыростью, запахом кошачьей мочи и пыли. Я юркнул внутрь и затворил за собой дверь. Уши затопила тишина, через которую пробивались лишь редкие скрипы и хруст под ботинками. Я медленно брел в темноте по подвальным закоулкам, продвигаясь наощупь. Вдалеке послышалось глухое журчание канализационных труб. Звук становился все ближе и ближе, я зашагал смелее, как вдруг резкая боль ужалила выше переносицы. Руки взметнулись к лицу. Я рванулся в сторону, но нога предательски подвернулась, и я рухнул на что-то теплое и округлое. Во лбу пульсировало и нещадно жгло. Я больше не мог сопротивляться. Последняя капля мужества покинула меня. Я заорал во все горло, вложив в крик остатки сил.

Хватит! Все! Больше не могу! Подтянув ноги, я распластался на теплой поверхности трубы и провалился в забытье.

Не успел, казалось, сомкнуть глаза, в лицо ударил луч света.

— Юрик, гля, че за отморозок? — проскрипело над ухом. — Эй, мудак, это наш подвал. — Кто-то слабо ткнул меня в бок.

— Деня, обшмонай его быстро.

— А сам че, зассал?

— Завали хайло, — отозвался сдавленный гнусавый голос откуда-то из темноты. — Не могу я, понял. Шмонай давай, пока он не очнулся.
Я почувствовал, как чьи-то костлявые пальцы рыщут в карманах моей огромной куртки.

— Бля, он пустой совсем!

Я попытался приподняться, но тело превратилось в кусок свинца.

— В штанах посмотри.

— Да уже посмотрел, ваще ниче нет, на... — недовольно отозвался скрипучий голос.

— Откинулся или живой? Рожа вся в крови.

— Дышит вроде.

Луч света опять ударил в лицо, и я открыл глаза.

— Эй, чудило, какого хера ты спишь в нашей гоп-конторе бесплатно? — обладатель гнусавого голоса возник в луче света. Я увидел серое худое лицо с запавшими гноящимися глазами непонятного цвета, — Деня, подними его, на... Че он тут разлегся!

Костлявые пальцы зацепили меня за шиворот и потянули наверх. Кое-как собравшись с силами, я оперся о трубу и сел.

— Есть че? — спросил слабый голос, принадлежавший, как я понял, Юрику, типу с узким лицом. Вопрос этот был знаком. “Того самого” не было, поэтому, помотав для убедительности головой, я выдохнул:

— Не.

— А бабло?

— Нету, — опять отозвался я.

— Да пустой он, — проскрипел подельник Юрика.

— Закрой вафельницу, Деня! Тебя не спрашивают, на...
Вдруг гноящиеся глаза Юрика оказались прямо перед моим носом. Я и не ожидал от него такой прыти.

— Слушай, Вася, ты че думаешь, на халяву тут дрыхнуть будешь, а мы тебе колыбельную споем? — Юрик дико улыбнулся, обнажая гнилые зубы. Он схватил меня за грудки трясущимися руками.

— Юрик, у него вроде бациллы новые, — тот, кто откликался на кличку Деня, светил мне под ноги. — Загнать можем, на пару доз хватит. Скидывай боты, чудило! — Луч фонаря опять резанул по глазам.

Юрик продолжал держать меня за воротник куртки, но было видно, что с каждой секундой силы и терпение покидают его. В очередной раз он вздрогнул, поморщился и отпустил меня со словами:

— Да ну его в жопу, пошли!

— Юрик!? Выстегиваешь?.. — проскрипел недовольно Деня.

— Шевели булками, сказал! Идем гаситься, некогда…

Он оглянулся и добавил почти беззлобно:

— Засеку тебя тут еще раз, прирежу…

— Деня, посвети давай, нихера не видно! — послышалось уже откуда-то издалека. И фонарик Дени заплясал, удаляясь и выхватывая в темноте сплетения труб.
Первой мыслью было снова улечься на трубу и уснуть. Не хватало сил даже на то, чтобы как следует испугаться. Но здравый смысл подсказывал, надо скорей уносить отсюда ноги.

Оказалось, я проспал всю ночь, и через щели с улицы уже проникали первые солнечные лучи. Я опустил ноги на пол, и что-то захрустело под подошвами ботинок. Я пригляделся.

Весь пол усеивали использованные шприцы и иголки самых разных размеров. Теперь я понял, куда попал. И уже не оставалось никаких сомнений, зачем сюда пришли Юрик и Деня. Сонное наваждение испарилось, как не бывало. Наркоманское логово.
Я почувствовал отвращение. Эти люди, давно потерявшие человеческий облик, живут от дозы к дозе, и ради порции новой отравы готовы пойти на что угодно.
Подстегиваемый страхом, я быстро нашел выход из подвала. Прикрыв за собой расхлябанную дверь, я услышал истошный вопль.

— Сволочи! Опять замок сорвали!

На меня неслась старуха, размахивая пустой авоськой.

— Я щас в милицию позвоню! — визжала она с надрывом.

— Не надо, бабушка!

Старуха набросилась, как коршун, и начала хлестать по чему попало своей авоськой. Я выставил вперед руки, пытаясь прикрыться от ударов, но это только сильнее разъярило старуху. Она заметила мои окровавленные пальцы и заработала авоськой с удвоенной силой.

— Какая я тебе бабушка, подонок! Вы там зарезали кого, что ли?

— Марья Ивановна, в чем дело?

В форточке на первом этаже покачивалась заспанная рожа с растрепанными волосами.

— Лидка, звони в милицию! Эти выродки опять замок на подвале сорвали. Посмотри на него, руки в крови, вся морда синяя, обколотый весь.

— Да не обколотый я! — в ответ мне прилетела еще одна пощечина.

Круглая рожа продолжала висеть в форточке.

— А толку-то им звонить. Че они сделают? — спросила Лидка флегматично. — Весь район знает, а меры не принимаются.

Бабку от злости начало трясти.

— Звони! — завизжала она толстой Лидке.

Я наконец-то вырвался и, спотыкаясь, побежал куда глаза глядят. Сумасшедшая бабка преследовала меня какое-то время, но быстро выдохлась. Внутри все клокотало, я был близок к истерике.

Глава 35

Я бежал не разбирая дороги, как очумелый. Серые одинаковые пятиэтажки кружились вокруг вперемешку с колючим мелким снегом. А потом все слилось в сплошное белое марево, и я уже не различал деталей. Ноги двигались, но с каждым шагом все больше вязли в белой каше. Наконец я уткнулся во что-то холодное и мягкое. Стало так хорошо, что больше никуда уже не хотелось идти.

— Эй! Парень, ты слышишь? Вставай! Ты пьян, что ли!? — чьи-то руки потянули меня вверх, назойливо затормошили. Теплые пальцы ласково запорхали по лицу, согревая веки и возвращая зрение. Иней с ресниц ручейками побежал по щекам.

— Откуда ты такой? — не унимался голос.

Я открыл глаза. Расплывчатая картинка постепенно становилась четче. Надо мной склонилась девушка. Она стояла на коленях, утопая в снегу.

— У тебя весь лоб в крови.

Девушка зачерпнула пригоршню снега и растопила его в руке. Затем достала из сумочки носовой платок, смочила и аккуратно начала вытирать мне лоб. Любовь незнакомки была целиком соткана из сострадания. Она отрезвила меня и привела в чувство.

— Это вообще твоя кровь? — спросила незнакомка в недоумении. — Мне казалось, у тебя лоб разбит. Кровь вытерла, а раны нет…
Я потер лоб и опять запачкал его.

— Это старая кровь, — нашелся я. — На мне все заживает, как на собаке. Я в порядке.

— Давай, поднимайся, — она потянула меня вверх, ухватив за борта куртки. — Так и насмерть замерзнуть можно. Ты идти можешь? Не ранен?

— Да нет, я же говорю, все в порядке. Просто устал, вот и повалился в снег. Не выспался я. — Нелепее отговорки не придумать.

— Куда хоть идешь, скажешь?

— Да… возвращаюсь.

— Домой?

— Ну, вроде того. Я детдомовский.

Она не удивилась. Только уточнила:

— Ты из Зауральска?

— Да. Не подскажешь, как лучше доехать?

— В паре кварталов отсюда маленький автовокзал. Автобусы до Зауральска ходят каждый час.

— Спасибо, — сказал я, не зная, что еще добавить. — Ну, я пошел?..

— Да. Будь осторожен.

Я кивнул и поплелся в том направлении, что указала девушка. Надо было спросить ее имя.

— Эй, подожди! Как тебя?.. Подожди!

Девушка догнала меня.

— Вот, держи, — и она подала мне свои варежки и начала стягивать шарф. — Они розовые, зато теплые.

— Как тебя зовут?

Девушка улыбнулась, но ничего не ответила.

— Не, не возьму. Ты замерзнешь.

— Да вон мой дом, — махнула незнакомка рукой. — Я добегу, — она вложила мне в руки вещи и, не принимая больше возражений, зашагала прочь.

Я натянул варежки на окоченевшие руки, обмотался розовым шарфом до ушей.
Да уж... видок у меня теперь! Оборванный, в крови и с розовым девчачьим шарфом до носа.

Через пару кварталов, как и обещала моя спасительница, показалось бордовое с серыми проплешинами здание автовокзала. У входа, переминаясь с ноги на ногу, курили несколько мужиков. Рядом припаркованы пара “жигулей” и “девятка”. Мужики шумно переговаривались, то и дело раздавались взрывы хохота. Но о деле своем они не забывали. Как только к вокзалу приближался потенциальный пассажир, они громко выкрикивали: “Киржаки, Киржаки, Охотка, Смоляное-Поперечное, Смоляное-Поперечное — последний пассажир”. Завидев дамочку в дорогой шубе и песцовой шапке, водилы усилили старания, громко и нараспев повторяя конечные пункты следования маршрутов. Дамочка клюнула и подошла к группе мужиков. Посовещавшись секунд десять, она кивнула. Один из водил бросил сигарету в сугроб и побежал к “девятке”, подхватив на ходу багаж. Дамочка, оскальзываясь на длинных шпильках, засеменила следом и скоро скрылась на переднем сидении. Машина мягко тронулась, зашуршав шинами по обледенелой дороге. Оставшиеся водилы вернулись к неоконченному разговору. Потеря собеседника их нисколько не обескуражила. Они все так же галдели, ржали, курили и мимоходом зазывали новых пассажиров. “Охотка, едем в Охотку, Смоляное-Поперечное — последний пассажир”.

Я стоял за углом соседнего здания, наблюдая издалека и боясь приблизиться. Меня, без сомнения, искали. Похитители, наверняка, поджидают здесь, на вокзале. Знают, что бы ни случилось, в милицию я обращаться не стану. Пусть Надя ненавидит меня теперь, но еще раз подвести ее равносильно смерти! Я обязан найти выход, если не для нас обоих, то по крайней мере для нее. Она вернется, чего бы это ни стоило! А если так, то кроме Зауральска, податься некуда. Только там можно найти хоть какую-то помощь.

Голосовать на трассе слишком рискованно. Даже если хватит сил кардинально поменять внешность, меня выдавал потрепанный вид и чужая куртка не по размеру. Пока не переоденусь, перемена внешности бесполезна. Да что там говорить, любой пацан, оказавшийся сегодня на шоссе в сторону Зауральска, гарантированно нарывался на крутые неприятности. И неважно, какие у него особые приметы. Единственный шанс, да и то на грани чуда — это рейсовый автобус.

Я продолжал наблюдать за автовокзалом, судорожно думая над планом побега. Тем временем из привокзального громкоговорителя начали долетать обрывки фраз: “Пас... проезжающ… Ох…и пройдите на … пос… …ку”. Из здания вокзала потянулись люди: одна группа направилась к посадочной площадке, к которой только что подъехал заиндевелый “Икарус”.

Вторая же группа из нескольких человек обошла автовокзал и встала с торца здания, возле выезда на шоссе. Еще через пару минут из служебного выхода вывалилась толстая женщина в коротком полушубке нараспашку. Отдуваясь, она проследовала к посадочной площадке, вскарабкалась на подножку автобуса, достала из кармана какую-то бумажку и пригласила отъезжающих в салон.

Пассажиры протягивали толстухе белые квиточки, та отмечала что-то в своем бланке, то и дело согревая дыханием авторучку. Когда всех запустили внутрь, контролерша о чем-то посовещалась с водителем, сошла с подножки и торопливо засеменила назад к служебному выходу.

Еще минута, и автобус тронулся с места, плавно выруливая на шоссе. На углу здания он притормозил и впустил еще несколько человек, поджидавших здесь уже четверть часа.

Значит, покупать билет необязательно. Светиться возле кассы не придется. Да и денег все равно нет.

Глупо надеяться, что водитель подвозит безбилетников бесплатно. И все же стоило попробовать договориться с ним, отдать то немногое, что подарила добрая девушка вместе с розовым шарфом и варежками.

Была еще одна проблема: добраться до выезда на шоссе незамеченным практически невозможно. Все, что оставалось — попытаться догнать автобус, пока он подбирает безбилетников. Придется пересечь все три посадочных площадки. А они, как на ладони, отлично просматриваются через большие окна автовокзала.
А если водитель не пустит в автобус? Или промедлит? Все будет кончено. Меня сцапают тепленьким, а точнее сказать, абсолютно окоченелым от холода. Медлить нельзя. Надо прорваться в автобус любой ценой.

Дождаться следующего объявления оказалось совсем непросто. Ноги превратились в ледышки, малейший ветерок пробирался под одежду и окатывал беспощадной морозной волной. Я не чувствовал собственного носа и вяло шевелил пальцами рук, чтобы не отдать их холоду. Дрожь стала моим естественным состоянием. Зубы отстукивали чечётку.

Наконец громкоговоритель скрипнул и издал невнятное бурчание. Слово Зауральск — как пароль, как щелчок выключателя, в один момент привело в чувство и согрело.
Все повторилось сначала. Я напряженно наблюдал, как толстая контролерша проверяет билеты. У выезда на шоссе, пританцовывая на морозе, уже топталась пара безбилетников. Я приготовился бежать туда по самой короткой траектории. Последней на подножку автобуса поднялась девушка с рюкзаком. Это был сигнал.

Я сорвался с места и побежал вдогонку автобусу. Успеть, только бы успеть к двери четко в тот момент, когда зайдет последний безбилетник. У входа в автовокзал прогуливался верзила в короткой кожаной куртке и шапке до бровей. Этот парень вышел на улицу вместе с пассажирами, но уезжать явно не собирался. Он вяло осматривался вокруг. Видно, слишком долго выжидает добычу и порядком устал от тупого занятия.

А я бегу. Бегу открыто, не стесняясь, рассчитывая только на силу уставших ног и немного на удачу. Бегу долго, слишком долго, как в замедленной съемке. Верзила пока ничего не замечает.

Отлично! Моя цель автобус!

Внезапно дверь в автовокзал с грохотом распахивается. Оттуда выскакивает кто-то и мчится мне наперерез.

Только не это! Еще один!

Верзила у входа опомнился, заметил погоню и уже несется вслед за автобусом к выезду на шоссе.

Охотники бегут азартно и уверенно, будто исход погони уже предрешен. А я теряю последние силы, стараясь проскочить к автобусу раньше, чем перехватчик. Мышцы горят. Еще пара секунд, и упаду. Но я успеваю первым. Двери автобуса уже скрипят и сейчас закроются. Я блокирую их ботинком и влетаю внутрь. Взвизгнув еще раз, двери закрываются прямо перед носом преследователей.

Взгляд шофера красноречиво говорит, что через секунду он выкинет меня вон, вот только выгрузит из-за руля свой огромный живот. А в дверь уже долбят охотники, и если автобус не тронется в этот амый момент, мне конец, и все было напрасно.
— Погнали! Погнали, говорю! — все силы без остатка я вложил в эти несколько слов, и свершилось. Старый автобус затарахтел и поехал. Напрасно охотники долбили в двери и окна. Их глухие вопли и ругательства быстро стихли.

Неужели справился? Приказал, и мне подчинились... Я отдал энергию... Как долго не мог понять, чего от меня требуют. И как быстро я овладел этим мастерством после первой удачи. Словно езда на велосипеде: стоит однажды почувствовать баланс, и все становится простым и очевидным.

Всего-то и нужно — подвинуть энергетический поток, но не к себе, а от себя. Отдать частичку любви и получить взамен... полную власть над мыслями и чувствами человека. Вот откуда “любовь порабощает”.

Я понял наконец, зачем нужен похитителям. Какая удача для них, отыскать того, кто сможет найти рычаги давления на любого человека, даже самого стойкого, сильного и смелого. “Редкая птица в этих широтах.” Как мало я все еще знаю о себе.
Новая способность так поразила меня, что я забыл о преследователях, усталости и всех неприятностях сегодняшнего дня, и, как просветленный у алтаря, застыл, уставившись на водителя. Тот, вцепившись в баранку, выжимал педаль газа. Его слезящиеся глаза старого сеттера выражали крайнюю степень растерянности. Мужик то и дело оглядывался, явно недоумевая, почему вдруг поддался странному порыву за здорово живешь помочь оборванному молокососу, который втягивает его в неприятности. Еще около минуты ему пришлось напрягать свои пивные мозги, не привыкшие к таким усилиям, но ответ все-таки был найден.

— Так, пацан, платить ты, похоже, не собираешься?

Я согласился. А что оставалось делать?

— Садись в проходе у второго выхода. — Водитель так резко крутанул руль, что я чуть не повалился спиной на лестницу. — Свободные места не занимай! Увижу твою вонючую задницу на сидении, выкину прямо на трассу.

— Я понял. Посижу на ступеньках. Спасибо, что разрешили остаться.

— В Зауральске выходить не торопись, — продолжал он, еще больше набирая ход. Из салона послышалось недовольное ворчание, — поможешь кое с чем. Разгрузиться надо.

Я не вполне понял, что он имеет в виду, но кивнул. Выбирать не приходилось.

— Я этих двух гопников еще вчера на вокзале заприметил. Тебя пасли?

— Первый раз их вижу.

— Да уж, конечно… — водитель недоверчиво хрюкнул и ощерился. — Знаем мы вашего брата. Поди, деньги спер у кого-то.

— Я бы тогда билет купил, — возразил я.

— Ага! Ты из меня дебила-то не делай! А то ты сам не знаешь, что тебя бы у касс сцапали? Поди, при деньгах, прибедняешься только?
Я молча продемонстрировал внутренности карманов своей куртки. Кроме табачного мусора, там ничего не оказалось.

— Хватит мне тут грязь развозить. Нет денег, значит, натурой заплатишь. Я свернул с трассы, — и действительно, ехали мы теперь по проселочной дороге, подпрыгивая на каждой кочке. — Надеюсь, эти хмыри не сразу просекут, и мы успеем оторваться. Но если вдруг увижу, что автобус кто пасет, сразу высажу тебя, понял? Я задницу за всяких бродяжек драть не собираюсь.

— Конечно, я понимаю. Спасибо, что помогаете.

— Спасибо в карман не положишь и на хлеб не намажешь. Иди давай на свое место. А то смердишь мне тут под нос.

Пошатываясь, я добрался до середины салона, откуда шла короткая лесенка вниз ко второму выходу из автобуса. На лестнице лежали пара негабаритных чемоданов. Стараясь не прикасаться к чужим вещам, я расположился на верхней ступеньке, облокотившись спиной о перегородку. По ногам тянуло сквозняком, но в салоне натоплено жарко, и я начал отогреваться.

Нужно собраться с мыслями и придумать, что делать в конце этого часа, когда автобус остановится в центре Зауральска.

@темы: энергетические вампиры, школа, читать, фэнтези, романтика, подростки, первая любовь, любовь, криминал, зеркала, книга, вампиры

03:54 

Ищи меня в отражениях Глава 33

Автор: Елена Гусарева
Жанр: городское фентези
Возрастные ограничения: 14+
Иллюстрации: Алиса Франц
Группа В Контакте - vk.com/club125164023
Домашняя страница книги: gusareva.wix.com/books



Глава 33

Короткая передышка. Динамик в углу камеры голосом папаши приказал азиату оставить меня ненадолго. Азиат не устает, и спать ему, кажется, не нужно, когда можно забирать энергию сколько хочешь. Или почти сколько хочешь. Наверное, если бы ему позволили, все закончилось бы гораздо быстрее. Мучительные секунды растянулись в вечность. Я потерял счет времени. Разве можно хоть на чем-то сосредоточиться, когда жизненное пространство уменьшается до размеров спичечной головки, все чувства сливаются, превращаясь в бурлящий поток чистого ужаса без конца и края, без проблеска надежды. Ты заново переживаешь все страхи, что были в твоей жизни, умноженные в несколько раз.

Азиат дирижирует моей памятью, а та предает вновь и вновь, создавая воспоминания, которых не было. Они всплывают, как удушающие болотные газы, из невинных мыслей и осколков впечатлений. То я брожу по темным коридорам с липкими бурыми стенами. Сквозь стены со всех сторон прорываются руки, детские пальцы, бледные и в порезах, с голубоватыми прозрачными ногтями. Они хватают меня, рвут рукава рубахи в клочья. Дети — искореженные младенцы с вывернутыми лодыжками, искривленными позвоночниками, запрокинутыми головами и горящими глазами, как крысы, шевелятся под ногами. Я хочу бежать, но не хватает воздуха, каждый шаг дается с трудом, ноги вязнут в смрадной трясине. Я теряю всякую способность двигаться и тону, тону долго и мучительно, оставаясь в сознании и ощущая каждой клеткой тела, как умираю.

В следующий момент я оказываюсь на холодном цинковом столе в помещении, от пола до потолка покрытом белым кафелем. Нещадно слепит хирургическая лампа. Я отчаянно пытаюсь закрыть глаза, но тело одеревенело и не слушается больше. Я парализован, но не лишен чувствительности. В помещение входят люди в белых халатах, марлевых повязках и в белых остроконечных колпаках. Они все одинаковые, как близнецы. У близнецов длинные руки с толстыми пальцами, на которых щетиной растут черные волосы. Один из врачей достает скальпель, режет меня от горла до низа живота и раздвигает ребра. Я не в силах описать, что со мной творится в эти секунды, минуты, часы, пока продолжается нескончаемая пытка. И в тот момент, когда я весь обращаюсь в чистую боль, перестаю осознавать, кто я и что я, азиат отпускает, дает короткую передышку, чтобы опять начать все сначала.

В новой камере нет ничего кроме стула, привинченного к полу. Этот стул с железной спинкой и гладкой сидушкой пострашнее тех, что были когда-то в средневековых пыточных. Азиат даже не удосужился привязать меня как следует. Знает, я абсолютно бессилен перед ним. Когда он приходит, я забываю, что когда-то жил без страха и боли. Вечность мучений возобновляется. Но и в эти короткие промежутки, когда дают отдышаться, я полон ужаса ожидания, что скоро мой персональный тиран вернется, и заберет последние крупицы сил. Папаша без конца твердит в динамик: "Отдавай энергию!" Но ведь я и так отдаю. Как бы ни старался удержать, оставить себе хоть каплю. Вампир страха сильнее. Он тянет и тянет. Если только позволю, если только откроюсь совсем, я взорвусь, и все уйдет разом. Этого они хотят? Я давно перестал понимать, чего они добиваются. Ограбление банка, ключ, Надя — все вместе, как это связано? Зачем эта пытка? Я стал бесполезен, и меня скармливают монстру? Ведь папаша предупреждал. Зачем тогда мучить? Я чувствую, азиат может забрать все и сразу, но что-то его сдерживает.

Вот он вернулся. Глаза агрессивно улыбаются сквозь щель маски. Мои руки примотаны липкой лентой к спинке стула, но даже лента не способна удержать дрожь. Я жалок! Весь пропитан потом, и, кажется, не только им. Трясусь в ожидании, когда он начнет, но азиат отчего-то медлит, ходит из стороны в сторону и думает о чем-то. В углу под потолком включился репродуктор. Папаша отдает приказ:

— Начинай, и без выкрутасов, ты меня знаешь... — прорычал громила, и репродуктор отключился.

— Ну че, говнюк, ты слышал, — говорит азиат. — Не будем тянуть кота за это самое.
Я приготовился к самому худшему. Азиат впился в меня взглядом, но обычной боли не последовало. Напротив, я почувствовал себя хорошо и спокойно, как никогда.

Где я? Что за чудесное место? И как я умудрился сбежать?

Все вокруг расплывалось, будто у меня резко ухудшилось зрение. Но это не огорчало. Вдруг за спиной послышались шаги. Я оглянулся и увидел Надю. Она должна была прийти. Я понял это сразу. Кинулся навстречу, но тут же споткнулся о воспоминание и замер в шаге от нее.

Надя улыбалась. Красивая, зовущая... Голова пошла каруселью. Я сделал шаг назад.

— Ты больше не сердишься? — спросил я с опаской.

Она не ответила, только покачала головой.

Надя подошла и взяла меня за руку. Рука оказалась теплой и мягкой.

— Ты вернулась из зазеркалья?

Она улыбнулась еще шире. Такая милая... и совсем рядом.

— Но нам нельзя… — начал было я и попятился. Она прижала пальцы к моим губам. “Это неважно, — подумал я в следующую секунду, — главное, она простила”. Мы стояли молча, она с ладонью у моих губ, и я, взволнованный этой неожиданной близостью, напуганный, очарованный, неспособный отнять ее руку и отвести взгляд. Эта хрупкая девочка с большими влажными глазами, в которых я тонул, волновала каждую жилку. Такого влечения я не знал раньше. Надя потянулась ко мне, ее губы чуть приоткрылись, и я отбросил сомнения. Мы жадно прижались друг к другу, словно не виделись тысячу лет. Наши руки сплелись и запутались. Надя с благодарностью принимала каждое мое прикосновение и только сильнее прижималась. Ее тело горело, на щеках и шее алели красные маки поцелуев. Ловя ее прерывистое дыхание, я распалялся все сильнее. Я захлебывался от блаженства, упиваясь источником своей любви, не зная меры и не в силах утолить жажду.

И вдруг все закончилось. Только что мы были одним целым, дышали вместе, чувствовали одно и то же, и вот она тряпичной куклой повисла в моих объятьях.
Что произошло? Что я сделал не так?

Я позвал ее, но ответом была тишина. Щеки начали синеть, глаза застыли, волосы потускнели.

Что это? Это я?... Я?!

Ужасная мысль обрушилась лавиной.

Как стакан воды в летний зной, я выпил ее залпом, и теперь она мертва.
Что за безумие! Как мог я забыть?! Зачем не кинулся прочь, как только понял, что она не под защитой зеркала? Нужно вернуть, вернуть все назад, отдать все до последней крупицы!

Но я не знал, как. В отчаянной попытке возвратить похищенную энергию, я пытался выдохнуть ее Наде в рот, напрягал глаза так, что, казалось, сейчас они лопнут, прижимал руки к ее вискам и ладоням, но все бесполезно. Я метался один в пустоте с неподвижной Надей на руках. Отчаяние и боль захватили без остатка. Я упал на колени, прижал Надю к себе так крепко, как только мог, и всем телом попытался исторгнуть то, что похитил. Но Надя в моей смертельной хватке стала прозрачной, превратилась в белый дым и рассеялась. Я взвыл, ослепнув от слез. Когда же пришел в себя, поразился представшей картине.

Я увидел азиата, стоящего передо мной на коленях. Он вяло покачивался из стороны в сторону. Его глаза, обычно черные и злые, теперь не выражали абсолютно ничего. Они были странного сероватого цвета, словно их заволокло паутиной. Наконец до меня дошло, что все пережитое — только иллюзия. Меня передернуло от отвращения.

— Ах ты, тварь! — я попытался пихнуть его ногой, но он стоял слишком далеко. — Не смей больше лезть ко мне в голову! — прорычал я.

Азиат послушно кивнул, продолжая раскачиваться.

Что с ним?

Вдруг я ясно почувствовал, что между нами крепкая связь. Через глаза, рот, и кончики пальцев из меня струилась энергия. Она опутывала азиата разноцветными волокнами, а тот был так сосредоточен, поглощая ее, что ничего другого не замечал. Я ощутил, как слабею с каждой секундой.

Хватит!

Я оборвал поток. Глаза азиата начали проясняться.

И тут меня осенила новая мысль. Ведь это именно то, чего добивались похитители. Они хотели заставить… научить, отдавая энергию, привязывать к себе людей и подчинять своей воле. Я вновь настроился на волну азиата. Моя энергия потянулась к нему.

— Развяжи меня! — приказал я.

Тот расстегнул куртку. В его ладонях блеснуло лезвие откидного ножа. В следующую секунду мои руки были свободны.

Нужно убираться отсуда! Я хочу, чтобы меня оставили в покое! Я больше не перенесу пыток.

— Снимай куртку! — крикнул я азиату.

Тот повиновался. Я схватил куртку и кинулся к двери. Она оказалась незаперта. Я высунул голову в темный коридор. Откуда-то глухо слышались крики. Я оглянулся. Азиат все также стоял напротив пустого стула и вяло покачивался.

Значит, иллюзия не пропадает мгновенно.

Силы на исходе, отдавать почти нечего. Но надо продержаться еще несколько минут, пока не окажусь на улице. А там я побегу так быстро, как только смогу.

— Идем, — велел я, — веди к выходу!

Мы мчались по гулкому коридору, взявшись за руки, как два закадычных друга. Ощущения те еще, но иначе нет сил сохранить связь между нами.

Совсем близко слышится топот ног, а до выхода еще далеко.

Нужно время...

— Где выход? — кричу я.

— Прямо по коридору, вверх по лестнице и направо, — отвечает азиат монотонно.

— Сейчас я отпущу руку, и ты остановишься, — продолжаю кричать на ходу я. — Ты будешь драться с преследователями. Ты остановишь их, не позволишь меня поймать! Ты будешь драться долго, очень долго! Понял?

— Да, я не позволю тебя поймать, — соглашается зачарованный азиат.

— Убью, если дашь мальчишке сбежать! — слышится совсем близко. Я выронил руку азиата.

Бегу на лестницу. Перепрыгивая через ступени, оказываюсь этажом выше. Коридор впереди пуст. Я мчусь к заветной двери выхода, обрушиваюсь на нее всей тяжестью тела. Железо глухо стонет под моим натиском, но не сдается.

О нет!!! Нет!!!

Я еще раз наваливаюсь на дверь с тем же успехом. Бесполезно. Заперта!

На лестнице слышится возня. Внутри кипит паника.

Один шанс, только один шанс… пожалуйста!

Еще дверь.

Заперта.

Проклятье! Где укрыться?!

Я решаюсь на отчаянный шаг. Бегу назад к лестнице.

Азиат очнулся. Снизу слышаться его стоны и вопли папаши.

Я лечу вверх по лестнице. За мной топот ног.

С площадки второго этажа идет все тот же длинный коридор. Я рвусь вперед, но вдруг замечаю в конце коридора мужчину.

Это конец!

В двух шагах справа дверь. Бросаюсь туда.

В комнате за столом спиной ко мне человек. Захлопываю дверь и перевожу дыхание.
Уставившись в экран компьютера, мужик колотит по клавишам и никак не реагирует на мое появление. Его уши закрыты большими наушниками, из которых глухо доносятся визг электрогитары и неразборчивые вопли. На мониторе в самом разгаре битва с монстрами.

Я оглядываю комнату, судорожно пытаясь сообразить, каким будет мой следующий шаг. Пара офисных столов, заваленных бумагами, несгораемый шкаф в углу, окно… Окно!
В три прыжка я оказываюсь у окна. Снаружи розовые сумерки и высота — второй этаж.
В комнату вваливается папаша и еще несколько громил. Его налитые кровью глаза придают мне решимости. Я накидываю куртку азиата на руку и бью кулаком по оконному стеклу. Оно поддается, обрушиваясь на ноги водопадом осколков. Я вскакиваю на подоконник.

Внизу ряды гаражей вплотную к зданию. Оцениваю расстояние до ближайшего.

Не важно!

Я прыгаю и жестко приземляюсь на бетон крыши. Боль бьет в пятки и электрическим разрядом пробегает по всему телу. Теряю равновесие, валюсь куда-то в сторону, пытаюсь ухватиться за край крыши и падаю вниз.

— Ух, — от удара из груди выбивает воздух.

Все тело дрожит. Я открываю рот, с хрипом отплевываюсь и пытаюсь подняться, но только глубже увязаю. Глаза забиты снегом, в носу запах крови. Неверным движением нашариваю куртку. Подкладываю ее под живот и медленно ползу от гаража к расчищенной дороге. Наконец вскакиваю, пошатываюсь, каким-то чудом сохраняю равновесие и бегу, лавируя между рядами гаражей.

В ноге что-то похрустывает, но мне не до того. Крики тюремщиков слышатся повсюду. Я добираюсь до конца гаражного комплекса и бегу к домам прилегающего микрорайона.

@темы: энергетические вампиры, школа, читать, фэнтези, романтика, подростки, первая любовь, любовь, криминал, зеркала, книга, вампиры

Ищи меня в отражениях

главная